Беларусь и Китай подписали соглашение о безвизовом режиме для владельцев обычных паспортов

Беларусь и Китай подписали межправительственное соглашение о взаимном безвизовом режиме для владельцев обычных паспортов, сообщает белорусское агентство БЕЛТА.


В мае, премьер-министр Беларуси Андрей Кобяков отмечал, что государство станет одним из первых в Европе, подписавших подобное соглашение с КНР.

«Нет сомнений в том, что взаимная отмена виз откроет новые возможности для сотрудничества не только в сфере туризма, но и в торговле, культуре, образовании и других областях», – сказал премьер-министр в интервью китайскому агентству «Синьхуа».

По его данным, в 2017 году Беларусь посетили более 3,2 тыс. организованных туристов из Китая, что почти в 2 раза больше, чем в 2016 году.

«По этому показателю гости из Китая впервые обошли традиционно посещающих Беларусь туристов из Германии и Израиля. Больше путешественников приезжает лишь из стран, с которыми у нас есть общая граница», – обратил внимание премьер.

Подобно России, в настоящее время в Беларуси действует безвизовый режим для организованных туристических групп из Китая, также китайские граждане при наличии шенгенских виз могут воспользоваться 5-дневным безвизовым режимом.

Ранее сообщалось, что Лукашенко планирует получить $7 млрд. кредитов у КНР.

Беларусь планирует выпускать китайские автомобили для России. Штампованные детали будут доставляться на завод в пакетах, что позвлит ти сократить уровень расходов на доставку комплектующих.

Справка. Беларусь имеет около 9,5 млн. людей населения, КНР имеет 1,38 млрд. людей (в 145 раз больше). Беларусь является китайским сухопутным окном в Евросоюз через Россию — в связи с тем, что Кремль с помощью войны заблокировал самую короткую железную и автомобильную дорогу из КНР через восточную Украину в ЕвроСоюз.


Китай, Украина и РФ в ТОП-12 поставщиков антрацита в мире

Хотя многие уже считают, что производство антрацита не выгодно, тем не менее он активно добывается и используется в мире. Китай, Украина и РФ составляют ТОП-12 поставщиков антрацита в мире.

MarketResearchNest.com опубликовал отчет Anthracite Industry Depth Research Report, содержащий комплексный анализ рынка промышленности антрацита по типам, программами, игроками и регионами. Этот отчет также отражает производство, потребление, доходы, ассортимент с прошлого периода и прогноз до будущего времени 2013-2023 гг. Отчет опубликован 20 апреля 2018.

В раздел анализа игроков на рынке входят основные поставщики, с базовой информацией о компании, категории, объема продаж, дохода (млн. долл. США), цены и валовой маржи (%). Все данные можно посмотреть в платном отчете, а здесь можно привести лишь места в ТОП-12 основных компаний-поставщиков по странам:

  1. Yang Quan Coal Industry (China)
  2. Shanxi Jincheng Anthracite Mining (China)
  3. Henan Shenhuo Coal and Power (China)
  4. Beijing Jingmei Group (China)
  5. Shanxi Lanhua Sci-Tech Venture (China)
  6. Siberian Anthracite (Russia)
  7. DTEK (Ukraine)
  8. Sadovaya Group (Ukraine)
  9. Beijing Haohua Energy Resource (China)
  10. Union Corporate (China)
  11. Shenhua Group (China)
  12. VostokCoal (Russia)

Как видим, в сбыте антрацита №№1-5 — китайские компании, №6 — российская компания «Сибирский Антрацит», №№7,8 — украинские компании, №№9-11 — китайские компании, №12 — российская компания.

Если применить принцип «ищите кому выгодно» относительно гибридной войны РФ против Украины в Донбассе, то эта война выгодна китайским и российским конкурентам украинских шахтеров, ведь там добывается заметная часть антрацита. Вероятно, не случайно в Донбассе были замечены «ополченцы» из российских шахт-конкурентов украинских шахтеров.

Шахтёры Кузбаса - авангард рабочего класса
Безработные нищие из российских шахт Кузбасса приехали в Донбасс уничтожать украинскую угольную промышленность

Очевидно, что руководство КНР, декларирующее политику совместного процветания между разными странами в торговле и строящее новые Шёлковые Пути во всех направлениях, должно заявить твёрдое НЕТ российской гибридной агрессии против Украины!

Справка о MarketResearchNest.com — это широкая и полная коллекция продуктов и услуг по исследованию рынка в Интернете. На сайте предлагаются отчеты многих ведущих издателей, которые ежедневно обновляются, чтобы предоставить подписчикам мгновенный доступ к наиболее полной и новейшей в мире базы данных экспертов о глобальных отрасли, организации, продукты и тенденции.

Алтай — это Китай и Российская Федерация. Твит China Daily



Китайское издание China Daily опубликовало интересный и красивый твит про осеннюю природу Алтая: «Ознакомьтесь с некоторыми из осенних пейзажей на Алтае, отдаленной и малонаселенной части в автономном районе Синьцзян-Уйгур в северо-западной части Китая» (Check out some of the autumn scenery in Altay, a remote and sparsely populated part in NW China’s Xinjiang Uygur autonomous region.).

В ответ на китайскую публикацию, на твит  тут же налетела масса матерящихся «стратегических партнёров» из РФ (возможно со временем комментарии будут удалены).

От Москвы до Барнаула (Алтайский край) — более чем 3,5 тысячи км., а от Барнаула до нынешней китайской границы — около 1000 км и коренные жители Алтайского края похожи на китайцев, а не на русских.

Нужно отметить, что недавно Министр обороны Шойгу с использованием железнодорожных войск ВС РФ построил железнодорожную ветку, которая идёт в обход Украины по более длинному пути из Казахстана в Беларусь, которую Кремль сделал въездными воротами в ЕС, хотя любые самые короткие дороги из КНР в ЕС идут через Украину.

Кремль и жители РФ совсем запутались в своих гибридных войнах против всех ближних и дальних соседей, в разных формах оккупаций чужих земель. Может оказаться так, что как чрезмерные желания злобной бабки в сказке про Золотую рыбку, так и агрессивность Кремля к соседям и всему миру приведут Москву в реальной жизни к тому, что вместо «Новороссии», она окажется у «разбитого корыта». Глупо в 21-м веке вести войны против соседей, в том числе «чужими руками».

 

Очевидно, что старая известная пословица «Если не съем так хоть надкушу» — в полной мере относится к Кремлю.


Русский взгляд на китайскую глубинку (сельский дом и жизнь в нём)

Российский блоггер посетил типичную по его словам китайскую деревню с типичными домами, жителями и жизнью. Для этого он воспользовался услугами своего русского земляка в китайской деревне, который родился на Сахалине, переехал в на работу в Москву, нашёл там китаянку и переехал к ней в Китай на работу и постоянное место жительство.

В видео показано, как живут простые молодые люди в России и в Китае, какие видят перспективы. Проведена экскурсия по обычному деревенскому дому в северной провинции Китая. Показано внутреннее устройство, подсобные помещения, огород и туалет. Ужасает нищета в китайской деревне, где люди живут очень бедно.

По словам жителя российской деревни из Красноярского края, приблизительно также живут люди в Российской Федерации, которая имеет самую большую в мире территорию и самые огромные ресурсы на одного человека.

Понятно желание китайцев расширить свою ресурсную базу, чтобы поднять уровень жизни более чем 1,3 миллиарда жителей. Вероятно, в течение ближайших десятилетий они вернут себе Сибирь и Дальний Восток с помощью китайских и российских мигрантов.

Очевидно, что когда китайцы приезжают в Украину, нужно учитывать их особенности, желания, возможности, ментальность.

Будущий Китай — переосмысление, локальный взгляд из США от Stephen Roach

На аналитическом сайте project-syndicate.org в мае 2017 года опубликована статья Rethinking the Next China (Будущий Китай — Переосмысление), автором котрой является бывший председатель Morgan Stanley Asia и главный экономист фирмы, старший научный сотрудник Yale University’s Jackson Institute of Global Affairs и старший преподаватель  Yale’s School of Management. Он есть автором книги стоимостью $40  Unbalanced: The Codependency of America and China («Разбалансировка: созависимость Америки и Китая»)

Прочтение статьи STEPHEN ROACH Rethinking the Next China показывает, что автор (американец)  по разным причинам упустил, на взгляд редакции нашего сайта,  ряд особенностей КНР, которые лучше видны из Украины, России и бывшего постсоветского пространства в случае применения геополитического анализа с учётом исторических, экономических, военных и других аспектов. Кроме того, на наш взгляд, STEPHEN  ROACH слишком акцентирует и неточно трактует взгляды и действия Президента Трампа о необходимости вернуться к политике «изоляционизма» США или «Америка превыше всего».  Но, STEPHEN S. ROACH признаёт, что ошибался с некоторыми прогнозами в отношении Китая в 2014 году и их нужно корректировать в связи с изменяющимся поведением объекта прогноза (КНР).

В связи с тем, что точность геополитического анализа перпектив КНР имеет огромное значение для мира и большинства людей, на сайте предусмотрена публикация статьи «Переосмысление следующего Китая — локальный взгляд из Украины и России». Ну, а пока приводится текст статьи из издания project-syndicate.org, включая изображение-ссылку для перевода денег для поддержки данного проекта (STEPHEN S. ROACH, Support Press Freedom)

STEPHEN ROACH, Rethinking the Next China (Переосмысление следующего Китая)

На протяжении последних семи лет я читаю в Йельском университете пользующийся популярностью курс под названием «Будущий Китай». С самого начала основное внимание в этом курсе удалялось вопросам переходного периода в современной китайской экономике, а именно, её сдвига от модели производителя, которая долгое время была успешной, к модели, опирающейся в большей степени на потребление домохозяйств. В этих лекциях рассматриваются также угрозы и перспективы, возникающие в ходе этой разбалансировки, и её последствия для стабильного развития экономики Китая и мира в целом.

Многие важные кирпичики переходного процесса в Китае встали на своё место (особенно это касается быстрого роста сектора услуг и ускорения процесса урбанизации), однако сейчас наблюдается несомненный новый и очень важный поворот. Китай, похоже, стал превращаться из пользователя глобализации в её двигателя. Новый Китай повышает ставки на свою связь с интегрированным миром, благодаря чему возникает новый набор рисков и перспектив.

Признаки поворота появились ещё несколько лет назад. Стратегический сдвиг во многом стал следствием личной инициативы председателя КНР Си Цзиньпина, в частности, его внимания к идее «Китайской мечты». Изначально эта мечта была некой националистической мантрой: восстановление сил, благодаря которому Китай вернёт себе былую роль на глобальной сцене, соизмеримую со статусом второй по размерам экономики мира.

Однако сейчас «Китайская мечта» обретает форму конкретного плана действий, в центре которого находится программа «Один пояс, одна дорога» (OBOR). Это амбициозная, панрегиональная инициатива в сфере инфраструктуры, которая сочетает экономическую помощь с демонстрацией геостратегической силы и опирается на новый набор китаецентричных финансовых учреждений – Азиатский банк инфраструктурных инвестиций, Новый банк развития стран БРИКС, фонд «Шёлковый путь». Для тех из нас, кто изучает экономическую трансформацию Китая, такое развитие событий трудно назвать заурядным. И хотя переходдной процесс ещё продолжается, я бы сделал акцент на трёх предварительных выводах по этому поводу.

Во-первых, Китай не совершил полный разворот. Я – экономист, и мне свойственно делать слишком большой акцент на экономических моделях и соответствующее допущение, будто власти могут переключаться с одной модели на другую. Однако реальность не является такой чёрно-белой – ни в Китае, ни в какой-либо другой стране.

Руководство Китая, по сути, признает сейчас, что стратегия роста, основанного на потреблении, оказалась труднее в реализации, чем предполагалось изначально. С 2010 года доля потребления в ВВП выросла всего лишь на 2,5 процентных пункта. Это намного меньше роста личных доходов, которого можно было бы ожидать после повышения доли сектора услуг в ВВП на 7,5 процентных пунктов и доли городского населения с высокими зарплатами в составе населения на 7,3 процентных пунктов за тот же период.

Такое расхождение объясняется, главным образом, дырявой системой социальной защиты, которая стимулирует к высокому уровню сбережений на чёрный день из-за страхов за будущее. Тем самым, тормозится рост дискреционного потребления. Хотя Китай сохраняет верность стратегии дальнейшей урбанизации и развития сектора услуг, он решил обратиться к новому внешнему источнику экономического роста для компенсации дефицита внутреннего спроса.

Во-вторых, глобальный натиск Китая обладает многими чертами старой модели производителя. Он позволяет перенаправить избыток внутренних мощностей, вызывающий растущую тревогу, на удовлетворение инфраструктурных потребностей проектов OBOR. При этом он опирается на госпредприятия в качестве мотора данных инвестиций, что тормозит давно назревшие реформы в этом раздутом сегменте китайской индустрии.
Оборотной стороной новоявленной поддержки производственной модели роста стало снижение приоритета стратегии роста, основанного на потреблении. В ежегодном «Рабочем докладе» премьер-министра Ли Кэцяна (это программный документ по вопросам экономической политики) акцент на структурной трансформации, движимой потреблением, снижается на протяжении уже двух лет (в 2016 и 2017 годах эта задача была поставлена на третье место, при этом так называемые меры на стороне рыночного предложения получили более высокий приоритет).

В-третьих, новый глобальный подход Китая отражает изменения в управлении страной. И консолидация власти Си Цзиньпином является лишь частью более широкой картины. Перенос центра принятия экономических решений из Комиссии по национальному развитию и реформам при Госсовете в так называемые малые руководящие группы КПК имеет особенно важное значение, так же как и начатая антикоррупционная кампания, усиление цензуры в интернете, введение нового регулирования для неправительственных организаций.

В централизации власти трудно не увидеть иронии. Дело в том, что ранее Си Цзиньпин обещал порвать с глубоко укоренившимися властным блоками, а в объявленных в ноябре 2013 году на Третьем пленуме ЦК КПК реформах акцент делался на предоставлении более важной роли рынкам.

Однако в новом глобальном натиске Китая есть и более глубокая ирония. Он начат на фоне популистской реакции антиглобалистов, охватившей многие развитые страны. Обладая экономикой производителя, Китай долгое время получал самые большие выгоды от глобализации, как с точки зрения роста экономики, ориентированной на экспорт, так и с точки зрения снижения бедности, благодаря применению избыточной рабочей силы. Такой подход сейчас зашёл в тупик из-за нарастающих внутренних дисбалансов в Китае, посткризисного торможения глобальной торговли, роста протекционистских настроений, мишенью которых является Китай. В результате, новые попытки Китая получить дополнительный толчок с помощью глобализации наталкиваются на серьёзные проблемы.

Появление более глобального Китая имеет важные последствия и для китайской внешней политики. Территориальные споры в Южно-Китайском море особенно заметны, однако расширения присутствия Китая в Африке и Латинской Америке тоже начинает привлекать повышенное внимание. Новая стратегия страны поднимает, наверное, самый важный вопрос из всех: сможет ли Китай занять место гегемона, освободившееся после того как президент США Дональд Трамп провозгласил изоляционистский подход под лозунгом «Америка прежде всего».

Будущий Китай обретает формы страны с большей ориентацией на внешний мир, с большей напористостью и с больше концентрацией власти, чем я предвидел, когда начинал читать данный курс в 2010 году. Одновременно создаётся впечатление, что Китай стал менее привержен программе рыночных реформ, касающихся стимулирования личного потребления и реструктуризации госпредприятий. Трудно судить, изменится ли из-за этого конечный пункт на пути ребалансировки Китая. Я надеюсь, что это не так. Впрочем, именно благодаря таким сюжетам и интересно преподавать прикладной курс, в котором приходится следить за постоянно движущейся мишенью.

Справка про автора статьи.  Stephen S. Roach, former Chairman of Morgan Stanley Asia and the firm’s chief economist, is a senior fellow at Yale University’s Jackson Institute of Global Affairs and a senior lecturer at Yale’s School of Management. He is the author of Unbalanced: The Codependency of America and China.

Источник: Rethinking the Next China