Будущий Китай — переосмысление, локальный взгляд из США от Stephen Roach

На аналитическом сайте project-syndicate.org в мае 2017 года опубликована статья Rethinking the Next China (Будущий Китай — Переосмысление), автором котрой является бывший председатель Morgan Stanley Asia и главный экономист фирмы, старший научный сотрудник Yale University’s Jackson Institute of Global Affairs и старший преподаватель  Yale’s School of Management. Он есть автором книги стоимостью $40  Unbalanced: The Codependency of America and China («Разбалансировка: созависимость Америки и Китая»)

Прочтение статьи STEPHEN ROACH Rethinking the Next China показывает, что автор (американец)  по разным причинам упустил, на взгляд редакции нашего сайта,  ряд особенностей КНР, которые лучше видны из Украины, России и бывшего постсоветского пространства в случае применения геополитического анализа с учётом исторических, экономических, военных и других аспектов. Кроме того, на наш взгляд, STEPHEN  ROACH слишком акцентирует и неточно трактует взгляды и действия Президента Трампа о необходимости вернуться к политике «изоляционизма» США или «Америка превыше всего».  Но, STEPHEN S. ROACH признаёт, что ошибался с некоторыми прогнозами в отношении Китая в 2014 году и их нужно корректировать в связи с изменяющимся поведением объекта прогноза (КНР).

В связи с тем, что точность геополитического анализа перпектив КНР имеет огромное значение для мира и большинства людей, на сайте предусмотрена публикация статьи «Переосмысление следующего Китая — локальный взгляд из Украины и России». Ну, а пока приводится текст статьи из издания project-syndicate.org, включая изображение-ссылку для перевода денег для поддержки данного проекта (STEPHEN S. ROACH, Support Press Freedom)

STEPHEN ROACH, Rethinking the Next China (Переосмысление следующего Китая)

На протяжении последних семи лет я читаю в Йельском университете пользующийся популярностью курс под названием «Будущий Китай». С самого начала основное внимание в этом курсе удалялось вопросам переходного периода в современной китайской экономике, а именно, её сдвига от модели производителя, которая долгое время была успешной, к модели, опирающейся в большей степени на потребление домохозяйств. В этих лекциях рассматриваются также угрозы и перспективы, возникающие в ходе этой разбалансировки, и её последствия для стабильного развития экономики Китая и мира в целом.

Многие важные кирпичики переходного процесса в Китае встали на своё место (особенно это касается быстрого роста сектора услуг и ускорения процесса урбанизации), однако сейчас наблюдается несомненный новый и очень важный поворот. Китай, похоже, стал превращаться из пользователя глобализации в её двигателя. Новый Китай повышает ставки на свою связь с интегрированным миром, благодаря чему возникает новый набор рисков и перспектив.

Признаки поворота появились ещё несколько лет назад. Стратегический сдвиг во многом стал следствием личной инициативы председателя КНР Си Цзиньпина, в частности, его внимания к идее «Китайской мечты». Изначально эта мечта была некой националистической мантрой: восстановление сил, благодаря которому Китай вернёт себе былую роль на глобальной сцене, соизмеримую со статусом второй по размерам экономики мира.

Однако сейчас «Китайская мечта» обретает форму конкретного плана действий, в центре которого находится программа «Один пояс, одна дорога» (OBOR). Это амбициозная, панрегиональная инициатива в сфере инфраструктуры, которая сочетает экономическую помощь с демонстрацией геостратегической силы и опирается на новый набор китаецентричных финансовых учреждений – Азиатский банк инфраструктурных инвестиций, Новый банк развития стран БРИКС, фонд «Шёлковый путь». Для тех из нас, кто изучает экономическую трансформацию Китая, такое развитие событий трудно назвать заурядным. И хотя переходдной процесс ещё продолжается, я бы сделал акцент на трёх предварительных выводах по этому поводу.

Во-первых, Китай не совершил полный разворот. Я – экономист, и мне свойственно делать слишком большой акцент на экономических моделях и соответствующее допущение, будто власти могут переключаться с одной модели на другую. Однако реальность не является такой чёрно-белой – ни в Китае, ни в какой-либо другой стране.

Руководство Китая, по сути, признает сейчас, что стратегия роста, основанного на потреблении, оказалась труднее в реализации, чем предполагалось изначально. С 2010 года доля потребления в ВВП выросла всего лишь на 2,5 процентных пункта. Это намного меньше роста личных доходов, которого можно было бы ожидать после повышения доли сектора услуг в ВВП на 7,5 процентных пунктов и доли городского населения с высокими зарплатами в составе населения на 7,3 процентных пунктов за тот же период.

Такое расхождение объясняется, главным образом, дырявой системой социальной защиты, которая стимулирует к высокому уровню сбережений на чёрный день из-за страхов за будущее. Тем самым, тормозится рост дискреционного потребления. Хотя Китай сохраняет верность стратегии дальнейшей урбанизации и развития сектора услуг, он решил обратиться к новому внешнему источнику экономического роста для компенсации дефицита внутреннего спроса.

Во-вторых, глобальный натиск Китая обладает многими чертами старой модели производителя. Он позволяет перенаправить избыток внутренних мощностей, вызывающий растущую тревогу, на удовлетворение инфраструктурных потребностей проектов OBOR. При этом он опирается на госпредприятия в качестве мотора данных инвестиций, что тормозит давно назревшие реформы в этом раздутом сегменте китайской индустрии.
Оборотной стороной новоявленной поддержки производственной модели роста стало снижение приоритета стратегии роста, основанного на потреблении. В ежегодном «Рабочем докладе» премьер-министра Ли Кэцяна (это программный документ по вопросам экономической политики) акцент на структурной трансформации, движимой потреблением, снижается на протяжении уже двух лет (в 2016 и 2017 годах эта задача была поставлена на третье место, при этом так называемые меры на стороне рыночного предложения получили более высокий приоритет).

В-третьих, новый глобальный подход Китая отражает изменения в управлении страной. И консолидация власти Си Цзиньпином является лишь частью более широкой картины. Перенос центра принятия экономических решений из Комиссии по национальному развитию и реформам при Госсовете в так называемые малые руководящие группы КПК имеет особенно важное значение, так же как и начатая антикоррупционная кампания, усиление цензуры в интернете, введение нового регулирования для неправительственных организаций.

В централизации власти трудно не увидеть иронии. Дело в том, что ранее Си Цзиньпин обещал порвать с глубоко укоренившимися властным блоками, а в объявленных в ноябре 2013 году на Третьем пленуме ЦК КПК реформах акцент делался на предоставлении более важной роли рынкам.

Однако в новом глобальном натиске Китая есть и более глубокая ирония. Он начат на фоне популистской реакции антиглобалистов, охватившей многие развитые страны. Обладая экономикой производителя, Китай долгое время получал самые большие выгоды от глобализации, как с точки зрения роста экономики, ориентированной на экспорт, так и с точки зрения снижения бедности, благодаря применению избыточной рабочей силы. Такой подход сейчас зашёл в тупик из-за нарастающих внутренних дисбалансов в Китае, посткризисного торможения глобальной торговли, роста протекционистских настроений, мишенью которых является Китай. В результате, новые попытки Китая получить дополнительный толчок с помощью глобализации наталкиваются на серьёзные проблемы.

Появление более глобального Китая имеет важные последствия и для китайской внешней политики. Территориальные споры в Южно-Китайском море особенно заметны, однако расширения присутствия Китая в Африке и Латинской Америке тоже начинает привлекать повышенное внимание. Новая стратегия страны поднимает, наверное, самый важный вопрос из всех: сможет ли Китай занять место гегемона, освободившееся после того как президент США Дональд Трамп провозгласил изоляционистский подход под лозунгом «Америка прежде всего».

Будущий Китай обретает формы страны с большей ориентацией на внешний мир, с большей напористостью и с больше концентрацией власти, чем я предвидел, когда начинал читать данный курс в 2010 году. Одновременно создаётся впечатление, что Китай стал менее привержен программе рыночных реформ, касающихся стимулирования личного потребления и реструктуризации госпредприятий. Трудно судить, изменится ли из-за этого конечный пункт на пути ребалансировки Китая. Я надеюсь, что это не так. Впрочем, именно благодаря таким сюжетам и интересно преподавать прикладной курс, в котором приходится следить за постоянно движущейся мишенью.

Справка про автора статьи.  Stephen S. Roach, former Chairman of Morgan Stanley Asia and the firm’s chief economist, is a senior fellow at Yale University’s Jackson Institute of Global Affairs and a senior lecturer at Yale’s School of Management. He is the author of Unbalanced: The Codependency of America and China.

Источник: Rethinking the Next China

 

Несмотря на российскую оккупацию, в 2016 году Украина экспортировала рекордный объем зерновых

Несмотря на российскую оккупацию отдельных районов Украины, в 2016 году Украина экспортировала рекордный объем выращенных зерновых — 40200000 т. Это почти на 7,5% больше объемов их экспорта в 2015 году.

В том числе, пшеницы было экспортировано 17900000 т, кукурузы — 17300000 т, ячменя — 4800000 т.

Лидирующую позицию в рейтинге крупнейших импортеров украинских зерновых несколько лет подряд удерживает Египет, доля которого в общем экспорте этой продукции в прошлом году составила 12,4% — $ 755 млн. В стоимостном измерении. Китай остался на втором месте с долей 7,6%, а Испания на третьем — 7,1%.

Однако, рекордные объемы экспорта зерновых культур в 2016 году из-за падения мировых цен на сырье не принесли рекордной валютной выручки. Она осталась почти на уровне 2015 года — около $ 6100000000.

Крупнейшими покупателями украинского зерна в 2016 году, как и ранее, были страны Азии, Африки и Европы.


Характерным признаком 2016 года в экспорте отечественных зерновых стало дальнейшее усиление азиатского вектора. Страны этого региона заняли 9 мест в ТОП-10 основных импортеров отечественных зерновых с суммарной долей 54,3%. При этом они вытеснили с пятого места Италию, с седьмого — Нидерланды, с десятого — Тунис, которые занимали эти страны в ТОП-10 в 2015 году. Только Испания сохранила за собой третье место.

Индонезия прошлого года в 2,1 раза увеличила объемы импорта зерна в стоимостном объеме — до $ 331 млн. Ее доля в украинском экспорте зерновых выросла до 5,4%. Как результат, Индонезия переместилась с одиннадцатого места на четвертую позицию в ТОП-10. Возможно, украинско-индонезийское сотрудничество будет развиваться в направлении усиления военно-технического сотрудничества — в Индонезии прошла успешное испытание партия украинских БТР-4м.

Настоящей «изюминкой» 2016 стала Индия, которая в предыдущие годы почти не закупала зерновые в Украине. В прошлом году стоимостный объем экспорта отечественного зерна в эту страну составил $ 316 млн. США — 5,2% в общем экспорте этой продукции. Как результат, пятое место в ТОП-10.

Таиланд, увеличив объемы закупок в стоимостном измерении до $ 301 млн. с долей 4,9% переместился с девятого на шестое место в рейтинге основных импортеров зерновых культур. Возможно, украинско-таиландское сотрудничество будет развиваться в направлении усиления военно-технического сотрудничества — Таиланд успешно эксплуатирует украинские БТР-3 и танки «Оплот». Украина продолжает поставлять танки «Оплот М» в Таиланд, несмотря на российскую агрессию и попытки сорвать этот контракт любой ценой. Премьер-министр Медведев предлагал танки Т-90 даже в обмен на тропические фрукты.

Более  сравнению с 2015 годом, закупили украинского зерна Иран (4,9%) и Бангладеш (4,8%). Это позволило им переместиться из второй десятки импортеров в ТОП-10.

Более 3% в общем экспорте этой продукции составляли доли Саудовской Аравии, Южной Кореи, Италии, Ливии, Нидерландов и Туниса.

Всего на указанные 14 стран приходится более 75% в стоимостном объеме экспорта украинских зерновых культур.

Источник: Национальный научный центр «Институт аграрной экономики», сообщение член-корреспондента НААН Украины Николай Пугачев

Китайские МБР могут превратить в «ядерную пыль» и Москву, и Вашингтон — в ответ на провокацию

НОАК переместила часть своих межконтинентальных ракет (МБР) к границам Российской Федерации. Вероятно, к границам РФ была перемещена вторая стратегическая ракетная бригада с МБР DF-41 и она была размещена в северо-восточном Китае в провинции Хэйлунцзян, передает Global Times.

«Ядерный потенциал Китая должен быть настолько силен, чтобы ни одна страна в мире не осмелилась на военное столкновение с ним при любых обстоятельствах и чтобы Китай мог ударить в ответ тем войскам, которые провоцируют его», — подчеркивает Global Times.

В китайском сегменте интернета активизированы публикации фотографий новейших ракетных комплексов.

Активность китайцев может быть связана с инаугурацией президента США Дональда Трампа и с реакцией Пекина на заявления нового главы США о политике «единого Китая».

Заметим, что в декабре 2016 года Китай провел запуск DF-41 с железнодорожной мобильной установки в западной части страны. Как отмечается, испытания прошли примерно в то же время, когда занимавший пост министра обороны США Эштон Картер посетил американский авианосец John C. Stennis, находившийся в Южно-Китайском море.

Заметим также, что все китайские комплексы МБР очень похожи на российские и безусловно, были с них скопированы. Китай практически полностью контролирует и владеет российскими военными технологиями — это очевидно с фото, в том числе МБР.

Задачи перемещения китайских МБР к границам РФ могут быть разные, в том числе такие:

1. Улучшить досягаемость российской территории для китайских ударных ядерных сил. Например, одной китайской МБР с 10 до 12 боеголовками будет достаточно для того, чтобы превратить в «ядерную пыль» Москву через 6…10 минут после пуска МБР. Очевидно, что Москва не может до бесконечности быть в роли «старшего брата» или «старшей сестры» для Пекина. Ведь во всей РФ живёт около 0,14 миллиарда разно религиозного и разно национального населения, в Сибири и на Дальнем Востоке живёт около 0,02 миллиарда россиян, а в прилегающем Китае живёт около 1,35 миллиарда китайцев, из которых 1,25 миллиарда китайцев национальности хан, в том числе Председатель КНР. В Москве почему-то переводят название этой национальности как «хань», хотя на английском языке она называется более правильно — han.

2. Улучшить досягаемость территории США для китайских МБР с дальностью до 14 тысяч километров и временем подлёта более чем 40 минут. Ведь МБР с этих китайских территорий могут лететь к США, как правило, через Северный полюс. Поэтому, приближение китайских МБР к границе с РФ — это приближение их к территории США.

3. Поставить под удар часть территории РФ в случае ядерного удара по позициям МБР Китая. Ведь чем ближе МБР НОАК к территории РФ, тем больше пострадает территория РФ в случае ядерного удара по позициям китайских МБР. Если это будет удар США по позициям китайских МБР, то он спровоцирует ответный ядерный удар РФ по США.

Справка: Дунфэн-41, DF-41 (кит. Восточный Ветер-41) — китайская твердотопливная межконтинентальная баллистическая ракета предназначенная для доставки ядерных зарядов, стоящая на вооружении 2-го артиллерийского корпуса Народно-освободительной армии Китая. Предполагается, что она имеет дальность в 12000 км и несёт разделяющуюся головную часть, содержащую до 10 боевых блоков. DF-41 Китай начал работы по DF-41 в 1984 году (проект 204) для поражения целей на всей территории США. Эта ракета должна заменить существующие жидкостные МБР DF-5. В 1991 году было создано требуемое твердое топливо, в 1994 году было проведено «баллистическое испытание» ракеты. Затем была начата полномасштабная разработка МБР, которая заняла не менее 10 лет. В 1999 году в честь 50-летия основания КНР ракету планировали показать на военном параде, но Центральная военная комиссия КПК отклонила показ, так как «автошасси пусковой установки еще не было готово». В том же году было проведено компьютерное моделирование «огневых испытаний» с имитацией удара по целям в США, которое было признано успешным. По данным в интернете, ракета имеет три твердотоппивные ступени, оснащена от 6 до 10 ядерными боеголовками индивидуального наведения, максимальная дальность превышает 10 тыс км. Транспортно-пусковая установка МБР создана на базе специально разработанного автошасси SX-4320. Длина МБР 15 м, диаметр 2 м, стартовая масса 25 т (длина и масса ракеты явно занижены – «ВП»), масса головной части 1200 кг (может оснащаться моноблочной боеголовкой мощностью 300 кт или шестью боеголовками массой по 200 кг и мощностью 30 кт). Время подготовки к пуску 3-5 минут (стандартное – 6-7 минут).Проектная точность (круговое вероятное отклонение) 100-200 м. Сообщается, что ядерные боеголовки для новой МБР являются «переходным продуктом», пока не будут разработаны более совершенные – компактные, легкие и мощные – боезаряды. Запуск ракеты может производиться как с шахтных ПУ, так и с мобильных на автошасси. Не исключается создание железнодорожной ПУ. Источники: www.militaryparitet.com, blog.huanqiu.com, missilethreat.com и др.

[Best_Wordpress_Gallery id=»13″ gal_title=»МБР КНР»]